© 2008 International Institute of Anthropology
© 2008 Reports of Prehistoric Research Projects
© 2008 I.V. Sapozhnikov and G.B. Sapozhnikova
И.В.Сапожников, Г.В.Сапожникова, Институт археологии НАН Украины, Отдел Северо-Западного Причерноморья
ул. Героев Сталинграда, 12, Киев, 04210, Украина, E-mail:igors@ilyichevsk.net.od.ua
I.V. Sapozhnikov, G.V. Sapozhnikova, Institute of Archaeology, Department of the Northwest Black Sea, Kiev, Ukraine

ПРОБЛЕМЫ ХРОНОЛОГИИ И КУЛЬТУРНОЙ ПЕРИОДИЗАЦИИ ПАМЯТНИКОВ МЕЗОЛИТА И НЕОЛИТА
СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ПРИЧЕРНОМОРЬЯ

PROBLEMS OF CHRONOLOGY AND CULTURAL BELONGING OF THE MESOLITHIC AND NEOLITHIC SITES AND
FINDS IN THE NORTHWEST BLACK SEA REGION

Состояние источниковой базы

История изучения мезолита и неолита Северо-Западного Причерноморья* насчитывает три четверти века с тех пор, как в
1930-31 годах на Южном Буге были открыты первые неолитические поселения (Гард и Черноташлыцкая Стация)
[Товкайло, 1998]. С тех пор, благодаря исследованиям многих ученых, была накоплена значительная источниковая база,
которая позволяет ставить и решать целый ряд проблем, в частности, вопросы хронологии и культурной интерпретации
мезолитических и неолитических памятников.
Вместе с тем, состояние этих источников нельзя признать полностью удовлетворительным. Так, из почти 60
мезолитических стоянок и местонахождений путем стационарных раскопок были исследованы лишь три – Мирное [Станко,
1982], Саратены [Коваленко, Кетрару, 1997] и Зализничное [Смынтына, 2001-2002]. Еще на нескольких стоянках собраны
репрезентативные коллекции каменных изделий (Гребеники, Познанка, Доброжаны, Цыбулевка, Траповка, Абузова Балка и
др.). Подчеркнем, что для мезолитических памятников до сих пор нет ни одной корректной абсолютной даты, поскольку
единственная дата Мирного (Табл. 1) является явно омоложенной.

Неолитические памятники региона, которых известно около 20, изучены гораздо лучше. Из раскопанных назовем Саврань,
Гард [Даниленко, 1969; Товкайло, 1998], Гиржево [Станко, 1967], Гард 3 и 4, Пугач 1 и 2, Великий Остров [Товкайло,
1998; 2003; 2004; и др.], Майнову Балку [Ларина, Петренко, Сапожников, 1999], а также пункт находок керамики культуры
Боян на Новосельском городище в низовьях Дуная [Бруяко, Ярошевич, 2001]. Для этих поселений получено 14
абсолютных дат, которые укладываются в отрезок от 7,4 до 5,9 тыс. лет до наших дней (некалибр.; далее – ТЛ).  

Таким образом, все раскопанные мезолитические памятники находятся между Дунаем и Днестром, а почти все
неолитические поселения расположены в бассейне Южного Буга и частично в Буго-Днестровском междуречье (в долинах
рек Кучурган и Тилигул).

Хронология мезолитических памятников

На протяжении длительного времени в публикациях материалов мезолитических стоянок Северо-Западного Причерноморья
вопросы их хронологии по сути не ставились. В 1950-х – начале 1970-х гг. П.И. Борисковский, Г.Ф. Коробкова, Г.В.
Григорьева, В.И. Красковский, В.Н. Станко и другие чаще всего ограничивались атрибуцией каменных орудий рамками
эпохи, иногда подчеркивая «ранний» либо «поздний» характер инвентаря [См. список лит-ры]. Правда, уже тогда были
найдены верные аналогии ряду наиболее выразительных комплексов, а также сделаны важные наблюдения по стратиграфии
и хронологии отдельных памятников (Мирное, Гиржево и др.).

Здесь уместно напомнить, что в то время мезолит рассматривался как «переходный период» между палеолитом и неолитом.
Представления эти базировались на идеях западноевропейских ученых конца ХІХ – начала ХХ вв., рассматривавших
«турасскую» (азильскую) эпоху в рамках палеолита, а следующую тарденуазскую эпоху – как ранний этап неолита*
[Мортилье, 1903, с. 18-19]. В 1920-х годах М.Я. Рудинский заметил, что «мезолит является переходным периодом», в
котором существовали две формы. Первая их них представлена «эпипалеолитическими культурами», в которых
палеолитические традиции постепенно умирали, а вторая – «пра- и ранними неолитическими культурами» [1928, с. 73]. Не
случайно, что в общепризнанной тогда периодизации палеолита Украины мезолиту (точнее – эпипалеолиту), разделенному
на три уровня, место нашлось [Борисковский, 1953, с. 400], но тарденуазская стадия отсутствовала.
Логичной и прогрессивной для своего времени была схема С.Н. Бибикова, который датировал мезолит от 12,2 до 8 ТЛ,
выделяя в нем две фазы – азильскую и тарденуазскую [1971]. Важным было и замечание А.А. Формозова, что часть
гребениковских стоянок Северо-Западного Причерноморья (с трапециями со струганными спинками) «могуть быть даже не
позднемезолитическими, а неолитическими» [Формозов, 1977, с. 60].

После установления в 1969 г. (на VIII конгрессе INQUA в Париже) начала голоцена с пребореала, было бы логично,
использовав схему С.Н. Бибикова, перенести и начало мезолита, определив азильские памятники как
финальнопалеолитические. Однако, дальнейший ход решения проблем хронологии мезолита Украины пошел по иному
пути. Дело в том, что многие исследователи начали «передатировать» комплексы финального палеолита, относя их к
раннему голоцену (пребореалу, но иногда и к бореалу) [Колосов, 1971; Cтанко, 1977; 1980-а; 1982, с. 98-100; Черниш,
1975; Телегін, 1985; 1985-а; 1989; и др.]. Именно потому в «раннем мезолите» Северо-Западного Причерноморья очутились
Анетовка, Михайловка (Белолесье), Царинка и др. [Cтанко, 1980; Смольянинова, 1990, с. 90]. Так, В.Н. Станко писал тогда
о начале мезолита с дриаса-ІІІ (при этом определяя рубежи эпохи от 10 до 7 ТЛ) [1967-а, с. 19], а позднее он уже
уверенно датировал комплексы «раннего мезолита» временем пребореала [1982, с. 100,102; 1985, с. 35; и др.].

В то же время свои взгляды относительно развития мезолита Северного Причерноморья и Крыма высказали Я.К. и С.К.
Козловские. Кукрекская культура была датирована ими от 9 до 6 ТЛ. Относительно гребениковской авторы признали
недостаток абсолютных дат и определили время существования лишь ее поздних (по сути уже неолитических) памятников
(Сороки ІІ, 3 и 2 слои) второй половиной VI тыс. до н.э. (некалибр.)*. Важной была и мысль ученых о том, что в состав
гребениковской культуры следует включать такие памятники, как Фатьма-Коба (сл. 3) и Шан-Коба (слой не указан), а
также идея, что эта культура имеет крымское происхождение и является несколько моложе мурзак-кобинской [Kozłowski,
Kozłowski, 1975, с. 344-346]. Заметим, что последний вывод базируется на наблюдении Г.Ф. Коробковой, которая почти за
20 лет до того отнесла Гребеники к «позднему тарденуазу», назвав круг их аналогий (Мурзак-Коба, 2-3 сл. Шан-Кобы,
Фатьма-Коба, верхний сл. Замиль-Кобы и др.) [1957].

Хотя Д.Я. Телегин, как было сказано, датировал Михайловку концом пребореала, а Царинку – началом бореала, им было
сделано важное наблюдение, что Мирное является более ранним, чем Гиржево. Первая из этих стоянок датировалась
серединой-концом бореала, а вторая – началом атлантикума. С другой стороны, ученый допустил (хотя и не обосновал
детально) разделение гребениковских памятников на две хронологические группы: раннюю (Скосаревка) и позднюю
(Мирное**, Познанка, Гиржево и др.) [Телегін, 1982, с. 97, табл. 6].

Сейчас большинство финальнопалеолитических памятников Украины уже «вернулись» из «раннего мезолита» того времени
на свои места [Бибиков, Станко, Коен, 1994; Сапожников, 1995; 2004-а; Залізняк, 1998; Оленковський, 2000; Горелик,
2001]. Однако, необходимость ревизии хронологии тех комплексов, которые действительно должны датироваться ранним
мезолитом в его современных хронологических рамках (около 10-9 ТЛ), назрела еще в конце 1980-х гг. Относительно
Северо-Западного Причерноморья эта проблема впервые была поднята авторами этих строк [Сапожников, Сапожникова,
1990].

Вместе с тем для создания детальной колонки памятников мезолита региона и сегодня не хватает необходимых материалов,
в первую очередь, абсолютных дат. В свое время, исходя из типологии кремневого инвентаря и аналогий с памятниками
соседних территорий, мы предложили разделение мезолита Северо-Западного Причерноморья на два этапа, ранний из
которых представлен гребениковскими, а поздний – кукрекскими комплексами [Cапожников, Сапожникова, 1990]. Такой
подход к решению проблемы поддержал И.А. Борзияк, который определил время существования мезолита Молдовы
приблизительно от 10,5-10,2 до 7,5-7,4 ТЛ, разделив его на три этапа. По его мнению, во втором из них (хронологические
рамки не указаны) в Днестровско-Прутском междуречье сначала существовали гребениковские памятники (Гура-
Каменчий VI, Саратены), а потом туда проникло кукрекское население. В результате этого здесь, по его мнению, появились
поселения с «синкретическим» (кукрекско-гребениковским)* кремневым инвентарем. К последним он отнес Фрумушику и
Мирное [Борзияк, 1997, с. 23-24].

Иные подходы к хронологии мезолита Северо-Западного Причерноморья разделяет Л.Л. Зализняк. Вслед за А.А.
Формозовым он допустил датирование части гребениковских памятников неолитом, высказав идею, что кукрекское
население было тут автохтонным, более ранним, чем гребениковское [1998, с. 181-183]. В ряде статей он уточнил свою
позицию, предложив рассматривать гребениковскую культуру как позднее, по сути уже неолитическое явление, носители
которого пришли сюда с Южных Балкан в начале VII тыс. до н.э. (калибр. – после 8 ТЛ)** [Zaliznyak, 1998, р. 128-129;
Залізняк, Манько, 2004, с. 145; и др.]. Заметим, что эти взгляды имеют подоснову в точке зрения Р. Трингхем. Она
считала, что в Северо-Западном Причерноморье не было условий для возникновения воспроизводящего хозяйства, которое
появилось тут вместе с мигрантами из Южных Балкан* [Tringham, 1973], а также в тезисе А.П. Черныша о том, что
«позднетарденуазское [гребениковское] население» оказалось на территории современной Украины в результате «южной
миграции» [1975, с. 153].

Еще одну хронологическую схему мезолита региона разработали С.И. Коваленко и В.Б. Цой, которые отнесли
анализируемые нами памятники к двум фазам (этапам). По их мнению, в начале первой из них гребениковские стоянки
концентрировались в Нижнем Поднестровье (Гиржево и Гребеники), а позднее носители этой культуры продвинулись на
Нижний Дунай (Мирное) и в Попрутье (Саратены). Во время второй фазы плотность гребениковского населения в регионе
увеличивается и оно расселяется на северо-восток (в Побужье – Познанка, Скосаревка), на северо-запад (север Молдовы)
и на запад (на правобережье Прута) [Коваленко, Цой, 1999]. Суть этой схемы можно свести к тому, что гребениковские
памятники должны существовать тут на протяжении всего мезолита, но в ней не учтен тот факт, что инвентарь Мирного и
Саратен, а также Зализничного и других «синкретических памятников», нельзя признать иключительно гребениковским.  

Как видим, по хронологии мезолитических памятников региона уже высказано немало точек зрения, часть которых
исключают друг друга, хотя и базируются на тех же материалах. Из-за отсутствия абсолютных дат мы вынуждены
обратится к параллелям с хронологическими колонками мезолитических памятников соседних регионов, где есть
датированные аналоги тарденуазским (гребениковским) и кукрекским памятникам.
Для комплексов второго («классического») периода мурзак-кобинской культуры Крыма (ряд слоев Ласпи VІІ и горизонта
1-3 Шпан-Коби) есть даты от 9,15 до 7,5 ТЛ, а начало таш-аирского неолита датируется концом VI тыс. до н.э. (калибр. –
около 7-7,2 ТЛ) [Телегін, 1982, с. 46; Yanevich, 1998, р. 156-157; Яневич, 2004, с. 175]. В целом, по данным стратиграфии
и ряду хронологических параллелей, комплексы трех первых мезолитических этапов мурзак-кобинской (горно-крымской)
культуры датируются от 9,5 до 8,0 ТЛ [Бибиков, Станко, Коен, 1994, с. 182]. Для кукрекских памятников известна серия
дат Игреньского поселения на Днепре, которые позволяют отнести его к концу VIII – первой половине VII тыс. до н.э.
(некалибр. – от 9,3 до 8,5 ТЛ), и стоянки Кукрек – середина VI тыс. до н.э. (некалибр. – около 7,5 ТЛ) [Телегін, 2002, с.
58-60].

Итак, тарденуазские памятники Горного Крыма (где имело место их автохтонное происхождение) появляются ранее
кукрекских, существуют на протяжении всего мезолита, а на определенном отрезке времени сосуществуют с кукрекскими.
Авторы согласны с мнением Г.Ф. Коробковой, Я.К. и С.К. Козловских о значительной близости комплексов мурзак-
кобинской и гребениковской культур, которые (вместе с донецкой культурой) следует отнести к кругу «тарденуазских
индустрий». Исходя из этого, названные гребениковские памятники Северо-Западного Причерноморья могут
сопоставляться с ними как в культурном, так и в хронологическом плане.

Для построения хронологической колонки памятников финального палеолита и мезолита региона в нашем распоряжении
имется одна стратиграфо-палинологическая схема, разработанная Г.А. Пашкевич на материалах Михайловки и Мирного
[1981; 1982]. Снйчас к ней можно добавить данные по стратиграфии стоянки Старицы, культурный слой которой залегает в
нижней части почвенного горизонта А, то есть выше верхнего слоя Михайловки, но наверняка ниже, чем культурный слой
Мирного [Сапожников, 2004, рис. 4]. Этот факт дает нам еще одно прямое основание утверждать – гребениковские
памятники (или, как минимум, какая-то часть из них) являются в нашем регионе (как и в Горном Крыму) более ранними,
чем «синкретические» комплексы типа Мирного.

Таким образом, мы можем поставить вопрос о том, что какая-та часть гребениковских стоянок может относится к
пребореалу, а литологический горизонт, в котором залегает нижний слой Мирного (по палинологии [Пашкевич, 1981;
1982] и стратиграфии) может быть связан с бореалом [Станко, 1982, с. 101], а точнее – с бореальным оптимумом (ВО-2),
датированным от 8,9 до 8,3 ТЛ (Табл. 2). Такая датировка Мирного, в костяной и каменной индустриях которого
значительную часть составляют кукрекские элементы, совпадает с датами очень близкого к нему по ряду археологических
характеристик Игреньского поселения (в последнем есть даже несколько трапеций, которые характерны как раз для
гребениковских комплексов) [Сравн.: Станко, 1982 і Телегін, 2002].

Однако, пересмотр хронологической колонки мезолита в части отнесения большей части гребениковских памятников
региона к пребореалу не дает однозначного ответа на один вопрос – как датировать «чистые кукрекские» комплексы
(Траповку, Абузову Балку и др.)? Проблема в том, что кукрекские памятники других территорий относятся к довольно
широкому временному отрезку от раннего мезолита до неолита включительно. Напомним, что именно кукрекские
памятники (Синюхин Брод, Фрумушику и др.) В.Н. Даниленко рассматривал в рамках раннего (докерамического) неолита,
подчеркнув, что «становление неолита в Северо-Западном Причерноморье… имело характер сращивания местных
мезолитических культурных форм [читай – гребениковских] с пришлыми приазовско-кукрекскими неолитическими
формами развития» [1969, с. 61].  

Хронология неолитических памятников

В конце 1960-х гг. В.Н. Даниленко выделил в развитии буго-днестровской культуры (БДК) cемь хронологических фаз:
докерамическую (вторая половина VII тыс. до н.э.), скибинецкую, соколецкую, печерскую, самчинскую, савранскую и
хмельникскую. Две последние фазы датировались первой половиной IV тыс. до н.э. и сопоставлялись с поздним неолитом
[Даниленко, 1969, с. 149-157, 216-218 и др.]. На базе этой схемы В.И. Маркевич создал колонку памятников
днестровского варианта БДК, время существования которого определил от середины VI до конца V тыс. до н.э. (некалибр.)
[1974, с. 127-141, табл. 2]. С ним в целом согласились Т.С. Пассек и Е.К. Черныш, но они не признали правомерность
выделения хмельникской фазы [1970, с. 122-126].

Вскоре Р. Трингхем обосновала разделение БДК на три периода, которые синхронизировала с культурами Криш, линейно-
ленточной керамики (КЛЛК) и Прекукутень 3 – Триполье А [Tringham, 1971, p. 98,101,167-168]. К близкому выводу
пришел Д.Я. Телегин, который также видит в этой культуре три этапа – ранний (досамчинский), средний (самчинский) и
поздний (савранский) [1977, с. 89-91]. В том же ключе выполнена и трехэтапная колонка БДК Н.Т. Товкайло, последний
период которой также синхронизируется с Трипольем А и датируется концом последней четверти V – началом второй
четверти IV тыс. лет до н.э. [1998; Tovkailo, 1996].
Особое мнение имеет Н.С. Котова, которая разделила памятники БДК на два периода: первый (от 7,6 до 7,1 ТЛ) и второй
(от 7,1 до 6,5 ТЛ) [2002, с. 22-24]. Для этого она использовала даты, полученные Н.Н. Ковалюхом в конце 1990-х гг.
[Котова, Ковалюх, 2002, табл. 9]. Чуть позднее 17 дат из той же серии привела Н.Б. Бурдо, подчеркнувшая, что не видит
оснований для того, чтобы говорить о синхронности последней (савранской) фазы БДК с ранним трипольем [Бурдо, 2001-
2002, с. 434, 446]. Против этого обоснованно выступил Н.Т. Товкайло, который полагает, что данный вывод противоречит
археологическим материалам. Кроме того, он аргументировал разделение памятников выделенного им степного варианта
БДК, который в целом датируется поздним периодом БДК (савранской фазой), на три хронологические ступени (этапа)
[2003, с. 187; 2004].

Исходя из сказанного, следует заключить, что даты Саврани (Табл. 1) являются корректными и говорят о принадлежности
поселения к началу савранской фазы БДК. Мы должны признать и корректность трех новых дат Гиржево, одна из которых
получена по керамике (Табл. 1). Все они совпадают с датами других поселений самчинской фазы БДК (5 датами Базькова
Острова) [Товкайло, 2004, табл. 1]. Заметим, что керамика Гиржево была определена как самчинская лично В.Н.
Даниленко. Кроме того, в его инвентаре есть серия трапеций со струганными спинками, а также двусторонний наконечник,
которые обычны для комплексов степного бугского неолита [Товкайло, 2003]. Если добавить к сказанному, что сначала В.
И. Бибикова допустила наличие во всех трех горизонтах снятия Гиржево костей домашних животных [Станко, 1967, с. 166-
168], то датировка большей части его материалов временем неолита выглядит логичной.

Конечно мы не можем исключить полностью возможность наличия в Гиржево более ранних (мезолитических) материалов,
но в пользу его датировки неолитом говорит и состав кремневого инвентаря, в котором кукрекские формы
(соответствующие вкладыши и резцы, а также микроострия) отсутствуют [Cтанко, 1967, рис. 2-8]. Данный показатель
весьма характерен, так как, по Д.Л. Гаскевичу, кукрекские элементы отсутствуют и в других памятниках самчинской фазы
БДК [2003, с. 5-6]. Кроме того, трасологические исследования геометрических микролитов Гиржево позволили выделить
среди них вкладыш серпа для срезания дикорастущих злаков на обычной трапеции, и не выявили функциональних
особенностей трапеций со струганными спинками, что свидетельствует в пользу гомогенности данного комплекса
[Сапожникова, Сапожников, 1986].

Однако, мы не можем согласится с Д.Л. Гаскевичем в том, что изготовление трапеций со струганными спинками было
возможно лишь при использовании отжимников с медными наконечниками (в энеолите) [Гаскевич, 2002]. Этому
противоречит и датировка Старобельского поселения на Северском Донце (середина VI тыс. до н.э.) [Манько, Телиженко,
2002], хотя даты крымских комплексов с подобными изделиями вроде бы позволяют допустить возможность
существования такой оригинальной идеи [Яневич, 2004, с. 175]. Так или иначе, трапеции со струганными спинками
Гиржево являются одними из наиболее ранних орудий такого типа в Украине, поскольку бугские памятники Пугач 1, 2,
Гард и Гард 3, на котрых они также найдены [Товкайло, 1998; 2003; Гаскевич, 2003], датируются более поздним временем
(Табл. 1).

Но и сказанным аргументы в пользу датировки Гиржево неолитом не исчерпываются. Важно, что аналогичные материалы
происходят со стоянки Карпово, росположенной в 55 км от Гиржево, в долине речки Свинной. В сборах И.В. Сапожникова
1989 г. есть две трапеции со струганными спинками, а в шурфе, заложенном ранее В.И. Красковским, были найдены
фрагменты лепной керамики [Красковский, 1976].

Еще одним непрямым подтверждением возможности «второго пришествия» гребениковцев в Северо-Западное
Причерноморье является тот факт, что классическая тарденуазская культура Западной Европы представлена тремя фазами,
между которыми дважды существовали памятники иной (кампиньской) культуры, причем фазы ІІ и ІІІ относятся к
атлантикуму, а последняя из них – к неолиту [Leroi-Gourhan et al., 1968, p. 144]. Очень похожая картина прослежена и в
развитии горно-крымской культуры, суть которой состоит в интерстратификации индустрий двух типов – фатьма-
кобинского (острийный тарденуаз) и шан-кобинского (типичный тарденуаз), каждый из которых повторятся дважды
[Бибиков, Станко, Коен, 1994, с. 182]. Таким образом, Гиржево и другие памятники степного варианта БДК (возможно, и
Саврань) с одной стороны можно рассматривать как составную часть буго-днестровского неолита, а с другой – как
неолитическую фацию гребениковской культуры.

Майнова Балка – единственный памятник КЛЛК региона датирована двумя датами, которые являются корректными (Табл.
1). Они также свидетельствуют о том, что нотная фаза этой культуры может быть синхронной раннему триполью [Бурдо,
2001-2002, с. 439], а сама Майнова Балка является одним из наиболее поздних памятников КЛЛК [Ларина, 1999]. Кроме
этого, находка в заполнении жилища Майновой Балки фрагмента типичной керамики БДК [Ларина, Петренко, Сапожников,
1999] подтверждает мысль об отнесении к тому же времени и ряда поздних поселений степного варианта БДК [Товкайло,
2004]. Такой вариант решения проблемы наличия взаимных буго-днестровских (Майнова Балка, Новые Русешты І) и
линейно-ленточных (Базьков Остров, Сороки 5) импортов выглядит гораздо логичнее, чем искусственное удревнение
соответствующих памятников КЛЛК, пркдложенное Н.С. Котовой [2002, с. 30]. Проблема существования взаимовлияний
населения БДК и раннетрипольской культуры недавно была детально рассмотрена Н.Т. Товкайло [2004-a] и потому мы не
будем на ней останавливаться.

О фрагментах керамики второй фазы культуры Боян (Джулешты), найденных на Новосельском городище, можно сказать,
что по румынским аналогиям их можно датировать около 6,3-6,2 ТЛ [Mantu, 1995].

Хронологическая колонка памятников

Итак, на современном уровне знаний хронологическую колонку мезо-неолитических памятников Северо-Западного
Причерноморья можно представит таким образом:

Мезолит ранний (10,3-9,3 ТЛ; пребореал) – Гребеники, Доброжаны, Барабой IV, Цыбулевка, Познанка, Довжанка,
Орловка, Слободка, Скосаревка (?), Васильевка на Чичиклее, Старица, Борисовка, Царичанка и др., а также Казанка в
верховях Ингульца и Пояна Роман (верхний сл.) в Румынии. В этой группе памятников гребениковской культуры по
технико-типологическим показателям более или менее четко выделяются два хронологических уровня:

Нижний: Познанка, Цыбулевка, а также Пояна Роман [Пэунеску, 2001-2002] и Казанка [Борисковский, 1975]. В индустриях
этих стоянок присутствует ряд типов и форм орудий, которые характерны для местного финального палеолита (грубые
микроострия с притупленным краем, концевые скребки на пластинах, призматические нуклеусы и др.) [Красковский, 1972;
Телегін, 1982, с. 93-95; Борисковский, 1964; Boriskovski, 1964; 1971; Смольянинова, 1990, с. 66-69].

Верхний: Гребеники, Доброжаны и др. – «типичные» гребениковские комплексы без кукрекских форм или с
незначительным их присутствием (единичные вкладыши кукрекского типа, карандашевидные нуклеусы и др.) [Коробкова,
1957; Григорьева, 1960; Телегін, 1982, табл. 12; Красковский, 1965; Залізняк, 1998, рис. 69, 1-41].
Мезолит поздний (9,3-8,0 ТР; бореал) – Мирное, Татарбунары І, Зализничное, Саратены, Приймово, Малые Хатки;
Пелагеевка и др., а также Фрумушика на севере Молдовы. Все вони представлены так называемыми «синкретическими»
индустриями, в которых гомогенно соединены черты гребениковской и кукрекской культур, причем часто трудно сказать,
какие из них преобладают [Станко, 1982, с. 17-55; Смынтына, 2001-2002; Сминтина, Нікітін, 1996; Телегин, 1982, с. 114-
115; Коваленко, Кетрару, 1997; Черныш, 1975, с. 100-105; и др.].
Неолит до- или бескерамический (около 8-7,6 ТЛ; первая половина АТ-1) – кукрекские памятники Траповка, Абузова
Балка, Конецполь, Синюхин Брод, Сагайдак І (верхний сл.), Бубинка и др. [Даниленко, 1969, с. 61; Дворянинов, 1976;
Телегін, 1982, с. 112-116; Смольянинова, 1989; 1990, с. 62-66; Сапожникова, Коробкова, Сапожников, 1995, с. 101-140; и
др.]. Не исключено, что некоторые из названных местонахождений бассейна Буга могут оказаться синхронными более
ранним (позднемезолитическим) памятникам Днестровско-Прутского междуречья.

Неолит ранний (7,6-7,1 ТЛ; вторая половина АТ-1) – памятники самчинской фазы БДК Гиржево и Карпово [Станко, 1967;
Красковский, 1976] относятся ко второй половине данного периода. Поселения более ранних фаз этой культуры находятся
севернее, в Среднем Южном Побужье (в Северо-Западном Причерноморье пока не известны).

Неолит средний (7,1-6,5 ТЛ; первая половина АТ-2) – памятники савранской фазы БДК Саврань и др., а также поселения
двух этапов степного варианта той же культуры: раннего – Пугач 1 (гор. А), Великий Остров и др. и среднего – Пугач 1
(гор. Б), Пугач 2, Гард, Гард 4, Ташлык 2 [Товкайло, 2004, с. 187].

Неолит поздний (6,5-6,0 ТЛ; вторая половина АТ-2) – поселение КЛЛК Майнова Балка и пункт находок культуры Боян
(фаза Джулешты) на Новосельском городище. По наличию импортов к этого периоду следует отнести памятники третьего
этапа степного варианта БДК – Миколину Брояку, Гард 3 и др. [Товкайло, 2004, с. 187], но такому выводу пока
противоречат более ранние даты Гарда 3 (Табл. 1).

Авторы отдают себе отчет в том, что предложенная колонка памятников является предварительной, дискуссионной и
наверняка будет уточняться, в первую очередь, путем получения корректных абсолютных дат для мезолитических
памятников, а также может коррегироваться с хронологическими схемами иных регионов.

Культурная периодизация

Исходя из сказанного выше, мы можем в целом согласиться с В.Н. Даниленко в том, что в мезолите и неолите Северо-
Западного Причерноморья общий фон культурно-исторических процессов на протяжении около четырех тысяч лет (от 10,3
до 6,0 ТЛ) следует охарактеризовать в основном как существование и взаимовлияние населения двух культурных явлений
(культур) – гребениковского местного происхождения* и кукрекского, которое сформивалось в степях Днепровского
Надпоржья, Северо-Западного Приазовья и в предгорьях Крымского полуострова [Даниленко, 1969]. В позднем мезолите
тут наблюдается своеобразное генетическое «слияние» традиций этих культур, а на рубеже неолита «кукрекцам» удалось
выдавить «гребениковцев» на правый берег Прута и Дуная, а также на Средний и Верхний Днестр.

В раннем неолите в Среднем Побужье зафиксировано кукрекское население (бугский вариант БДК), но на севере Молдовы
подоснову днестровского варианта той же культуры представляют носители гребениковских традиций (Сороки, Старые
Биличены 12 и др.) [Маркевич, 1974; Борзияк, 1997; Коваленко, 2004]. Памятники этого времени в Северо-Западном
Причерноморье достоверно пока что не атрибутированы, но, скорее всего, они также были кукрекскими (не исключено,
что к ним следует отнести Конецполь, Синюхин Брод) [Даниленко, 1969].

Во второй половине раннего неолита (начинаяя с самчинской фазы) гребениковское население возвращается в Северо-
Западное Причерноморье (Гиржево и Карпово) и в междуречье Днестра и Буга постепенно формируется особый степной
вариант буго-днестровской культуры, который получил наибольшее развитие уже во время первой половинй следующей
(савранской) фазы БДК (Саврань, Пугач 1, 2, Гард, Гард 4, Великий Остров, Ташлык 2). Подчеркнем, что экономика этого
населения была преимущественно присваиваюшей, а керамика импортной (культуры Криш) [Товкайло, 1998; и др.].

Только в позднем неолите в Северо-Западное Причерноморье проникают отдельные группы населения уже наверняка
«иноземных» культур с более развитой воспроизводящей экономикой – культуры линейно-ленточной керамики (Майнова
Балка) и Боян-Джулешты (Новосельское городище). В то же время на северо-востоке региона продолжает существовать
буго-днестровское население (Миколина Брояка, Гард 3), которое, судя по характеру кремневого инвентаря, могло принять
участие в генезисе ранней трипольской культуры [Даниленко, 1969, Товкайло, 2004; 2004-а; Сапожников, Полищук, 1990;
и др.].

Заключение

Таким образом, гипотезы о том, что носители традиций гребениковской культуры (мезолитичной фазы), а также
неолитической буго-днестровской культуры появились в Северо-Западном Причерноморье в результате миграций с
Южных Балкан [Залізняк, 1999; и др.], не нашли своего подтверждения в ходе анализа конкретных археологических
материалов. Более того, в литературе появились новые данные о том, что и население ранней трипольской культуры лесо-
степной части Правобережной Украины и Северной Молдовы также не было полностью чужеродным, поскольку в его
генезисе приняло участие местное население буго-днестровского неолита. Говоря о взаимодействии в мезо-неолитическое
время носителей гребениковской и кукрекской культур, следует подчеркнуть, что исследование этих процессов затруднено
тем обстоятельством, что названные общности по археологическим признакам очень близки друг другу, так как
сформировались на базе автохтонных финальнопалеолитических культур: шан-кобинской – гребеники и рогаликско-
царинковской – кукрек.  

Список литературы

Бібіков С.М. Схема хронологічних співвідношень пам’яток палеоліту і мезоліту // Археологія Української РСР. - Т. 1:
Первісна археологія. - К.: Наук. думка, 1971. - С. 432-433.
Бибиков С.Н., Станко В.Н., Коен В.Ю. Финальный палеолит и мезолит Горного Крыма. - О.: Весть, 1994. - 240 с.
Борзияк И.А. Мезолит Молдовы: общий обзор // ДСПК. - 1997. - Т. VI. - С. 18-24.
Борисковский П.И. Палеолит Украины. - МИА. - 1953. - № 40. - 464 с.
Борисковский П.И. Разведка памятников каменного века в Одесской области в 1962 г. // КСОГАМ-1962. - О., 1964. - С.
12-17.
Бруяко И.В., Ярошевич Ю.И. Городище у с.Новосельское на Нижнем Дунае. - О.: Гермес, 2001. - 144 с.
Бурдо Н.Б. Новые данные для абсолютной датировки неолита и раннего энеолита на территории Украины // SP. - 2001-2002.
- № 2. - С. 431-446.
Гаскевич Д.Л. Трапеції зі струганою спинкою: деякі закономірності виникнення та поширення // Археологія та етнологія
Східної Європи: матеріали і дослідження. - Т. 3. - О.: Друк, 2002. - С. 73-74.
Гаскевич Д.Л. Крем’яний інвентар неолітичних культур України. - Автореф. канд. дис. - К.: ІА НАНУ, 2003. - 20 с.
Горелик А.Ф. Памятники Рогаликско-Передельского района. Проблемы финального палеолита Юго-Восточной Украины. -
К.-Луганск, 2001. - 366 с.
Григорьева Г.В. Новые данные о тарденуазской стоянке Гребеники в Нижнем Поднестровье // ЗОАО. - 1960. - Т. І. - С. 226-
230.
Даниленко В.Н. Неолит Украины. - К.: Наук. думка, 1969. - 258 c.
Дворянинов С.А. К проблеме кукрекской культуры: по материалам позднемезолитических стоянок Южного Буга // Тези
пленарних і секційних доповідей ХV наукової конференції Інституту археології АН УРСР. - О., 1972. - С. 80-82.
Залізняк Л. Передісторія України Х-V тис. до н.е. - К., 1998. - 306 с.
Залізняк Л.Л. Первісна історія України. - К.: Вища школа, 1999. - 264 с.
Залізняк Л.Л., Манько В.О. Стоянки біля с.Добрянка на р.Тікич та деякі проблеми неолітизації Середнього Подніпров’я //
КДУ. - 2004. - Вип. 5. - С. 137-168.
Коваленко С. Раскопки мезо-неолитической стоянки Старые Биличены 12 // Cercetări arheologice ĭn Republica Moldova (2000-
2003). - Vol. I. - Chişinau, 2004. - S. 5-16.
Коваленко С.И., Кетрару Н.А. Новые данные о мезолитической стоянке Саратены в Нижнем Попрутье // Vestigii arheologice
din Moldova. - Chişinǎu, 1997. - S. 36-59.
Коваленко С.И., Цой В.Б. К вопросу о развитии позднемезолитических индустрий в Карпато-Днестровском регионе // SP. -
1999. - № 1. - С. 257-262.
Колосов Ю.Г. Мезоліт // Археологія Української РСР. - Т. 1: Первісна археологія. - К.: Наук. думка, 1971. - С. 64-77.
Коробкова Г.Ф. Тарденуазская стоянка Гребеники в Нижнем Поднестровье // КСИИМК. - 1957. - Вып. 67. - С. 59-62.
Котова Н.С. Неолитизация Украины. - Луганск: Шлях, 2002. - 268 с.
Котова Н.С., Ковалюх Н.Н. Каталог радиоуглеродных дат неолитических памятников Украины // Котова Н.С. Неолитизация
Украины. - Луганск, 2002. - С. 85-105
Красковский В.И. Тарденуазская стоянка Доброжаны // КСОГАМ-1963. - О., 1965. - С. 6-16.
Красковский В.И. Памятники мезолитического времени в долине реки Малый Куяльник // МАСП. - 1972. - Вып. 7. - С. 172-
179.
Красковский В.И. Карпово – новый памятник каменного века в долине р.Свинной // МАСП. - 1976. - Вып. 8. - С. 157-161.
Ларина О.В. Культура линейно-ленточной керамики Пруто-Днестровского региона // SP. - 1999. - № 2. - С. 10-140.
Ларина О.В., Петренко В.Г., Сапожников И.В. Культура линейно-ленточной керамики в Днестровско-Бугском междуречье:
по материалам поселения Майнова Балка // ССПК. - 1999. - Т. VІІ. - С. 10-21.
Манько В.А., Телиженко С.А. Мезолит, неолит и энеолит Подонечья: каталог радиоуглеродных дат. - Луганск: Шлях, 2002.
- 40 с.
Маркевич В.И. Буго-днестровская культура на территории Молдавии. - Кишинев: Штиинца, 1974. - 176 с.
Мортилье Г., Мортилье А. Доисторическая жизнь. Происхождение и древность человека. - С.Пб.: ХХ век, 1903. - ХХ, 576
с.
Обермайер Г. Доисторический человек. - С.Пб.: Брокгауз-Ефрон, 1913. - 687 с.
Оленковський М.П. Пізній палеоліт нижньодніпровського регіону у світлі радіовуглецевого датування // Археологія та
етнологія Східної Європи: матеріали і дослідження. - О.: Астропринт, 2000. - С. 185-196.
Пассек Т.С., Черныш Е.К. Неолит Северного Причерноморья // МИА. - 1970. - № 166. - С. 117-133.
Пашкевич Г.А. Динамика растительного покрова Северо-Западного Причерноморья в голоцене и его изменения под
влиянием человека // Антропогенные факторы в истории развития современных экосистем. - М.: Наука, 1981. - С. 74-86.
Пашкевич Г.А. Палеоботаническая характеристика поселения Мирное // Станко В.Н. Мирное. - К.: Наук. думка, 1982. - С.
132-138.
Пэунеску А. Многослойная стоянка Лапош (Пояна Роман) в Румынии // SP. -  2001-2002. - № 1. - С. 415-426.
Рудинський М. До питання про культури «мезолітичної доби» на Вкраїні // Антропологія. - 1928. - № 1. - С. 73-94.
Сапожников И.В. Причерноморские степи в позднем палеолите: природно-хозяйственная и культурная специфика // Г.В.
Сапожникова, Г.Ф.Коробкова, Сапожников И.В. Хозяйство и культура населения Южного Побужья в позднем палеолите и
мезолите. - О.-С.Пб., 1995. - С. 149-176.
Сапожников И.В. Природная обстановка на западе степной зоны Восточной Европы в палеолите // АА. - 2003. - Вып. 13. -
С. 199-217.
Сапожников И.В. Многослойная стоянка Михайловка (Белолесье): проблемы стратиграфии и датировки // ССПК. - 2004. -
Т. ХI. - С. 299-316.
Сапожников И.В. Хронология и периодизация позднего палеолита Степной Украины // АА. - 2004-а. - Вып. 14. -
(друкується).
Сапожников И.В., Полищук Л.Ю. Новые материалы трипольской культуры Буго-Днестровского междуречья // Охранные
историко-археологические исследования на Юго-Западе Украины. - О.-Запорожье, 1990. - С. 16-26.
Сапожников И.В., Сапожникова Г.В. Проблемы раннего мезолита Северного Причерноморья // Проблемы первобытной
археологии Северного Причерноморья. Тезисы докладов конференции. - Ч. І. - Херсон, 1990. - С. 25-26.
Сапожникова Г.В., Коробкова Г.Ф., Сапожников И.В. Хозяйство и культура населения Южного Побужья в позднем
палеолите и мезолите. - О.-С.Пб., 1995. - 199 с.
Сапожникова Г.В., Сапожников И.В. О функциях геометрических микролитов: по материалам стоянки Гиржево //
Исследования по археологии Северо-Западного Причерноморья. - К.: Наук. думка, 1986. - С. 36-41.
Сапожникова Г.В., Сапожников И.В. Вклад Г.Ф. Коробковой в изучение каменного века Украины // Петербургская школа
трасологии и изучение древних культур Евразии: к юбилею Г.Ф. Коробковой. - С.Пб.: ИИМК РАН, 2003. - С. 33-40.
Смольянинова С.П. Карта памятников каменного века степного Побужья // Станко В.Н., Григорьева Г.В., Швайко Т.Н.
Позднепалеолитическое поселение Анетовка ІІ. - К.: Наук. думка, 1989. - С. 113-126.
Смольянинова С.П. Палеолит и мезолит степного Побужья. - К.: Наук. думка, 1990. - 108 с.
Смынтына Е.В. Поселение Зализничное и проблема сложения позднемезолитической культуры в Нижнедунайском регионе
// SP. - 2001-2002. - № 1. - С. 452-463.  
Сминтина О.В., Нікітін В.І. Нова гребениківська стоянка на Південному Бузі // Археологія. - 1996. - № 2. - С. 72-79.
Сорокин А.Н. Мезолит Жиздринского полесья: проблема источниковедения мезолита Восточной Европы. - М.: Наука, 2002.
- 253 с.
Станко В.Н. Некоторые вопросы позднего мезолита Северо-Западного Причерноморья: по материалам стоянки Гиржево //
ЗОАО. - 1967. - Т. ІІ. - С. 155-168.
Станко В.Н. Мезолит Северо-Западного Причерноморья. - Автореф. канд. дис. - К.: ИИ АН УССР, 1967-а. - 28 с.
Станко В.Н. Основные особенности и хронология памятников мезолита степей Северного Причерноморья // КСИА. - 1977. -
Вып. 149. - С. 46-53.
Станко В.Н. Поздний палеолит и сложение мезолита в степях Северного Причерноморья // Северо-Западное Причерноморье
в эпоху первобытно-общинного строя. - К.: Наук. думка, 1980. - С. 5-21.
Станко В.Н. Ранний мезолит степей Северного Причерноморья // Первобытная археология: поиски и находки. - К.: Наук.
думка, 1980-а. - С. 5-21.
Станко В.Н. Мирное. Проблема мезолита степей Северного Причерноморья. - К.: Наук. думка, 1982. - 164 с.
Станко В.Н. К проблеме западных связей мезолита степного Причерноморья: по материалам поселения Белолесья // Новые
материалы по археологии Северо-Западного Причерноморья. К.: Наук. думка, 1985. - С. 31-45.
Станко В.Н. К проблеме сложения гребениковской культуры // Исследования по археологии Северо-Западного
Причерноморья. - К.: Наук. думка, 1986. - С. 13-26.
Станко В.Н., Свеженцев Ю.С. Хронология и периодизация позднего палеолита и мезолита Северного Причерноморья //
БКИЧП. - 1988. - № 57. - С. 116-120.
Телегін Д.Я. Рец. на: Маркевич В.И. Буго-днестровская культура на территории Молдавии. - Кишинев, 1974. // Археологія.
- 1977. - Вип. 21. - С. 17-26.
Телегін Д.Я. Мезолітичні пам’ятки України: ХІ-VI тисячоліття до н.е. - К.: Наук. думка, 1982. - 243 с.
Телегин Д.Я. Мезолитическая эпоха // Археология Украинской ССР. Т. 1: Первобытная археология. - К.: Наук. думка,
1985. - С. 83-108.
Телегин Д.Я. Памятники эпохи мезолита на территории Украинской ССР: карта местонахождений. - К.: Наук. думка, 1985-
а. - 184 с.
Телегин Д.Я. Мезолит Юго-Запада СССР: Украина и Молдова // Мезолит СССР. - М.: Наука, 1989. - С. 106-124.
Телегін Д.Я. Ігренське поселення на Подніпров’ї та проблема житлобудування в мезоліті Східної Європи. - Луганськ:
Шлях, 2002. - 92 с.
Товкайло М.Т. Неоліт Степового Побужжя. - Автореф. канд. дис. - К.: ІА НАНУ, 1998. - 17 с.
Товкайло М.Т. Крем’яний інвентар пізньонеолітичних пам’яток Степового Побужжя // КДУ. - 2003. - Вип. 2. - С. 187-205.
Товкайло М.Т. До проблем датування буго-дністровського неоліту // КДУ. - 2004. - Вип. 5. - С. 236-246.
Товкайло М.Т. До проблеми взаємин населення буго-дністровської та ранньотрипільської культур // Археологія. - 2004-a. -
№ 1. - С. 30-42.
Формозов А.А. Проблемы этнокультурной истории каменного века на территории европейской части СССР. - М.: Наука,
1977. - 144 с.
Хотинский Н.А. Радиоуглеродная хронология и корреляция природных и антропогенных рубежей голоцена // Новые данные
о геохронологии четвертичного периода. - М.: Наука, 1987. - С. 39-45.
Черниш О.П. Стародавнє населення Подністров’я в добу мезоліту. - К.: Наук. думка, 1975. - 168 с.
Яневич О.О. Таш-аїрська неолітична культура Криму: сучасний стан дослідження // КДУ. - 2004. - Вип. 5. - С. 169-190.
Boriskovski P.I. Problemele paleoliticului superior şi mezoliticului de pe coasta de Nord-Vest a Marii Negre // SCIV. - 1964. - Т.
ХV. - № 1. - Р. 5-17.
Boriskovsky P.I. Quelques problèmes du mésolithique de l’Ukraine // Mélanges de préhistoire, d’archéologie et d’ethnologie offerts
à André Varagnac. - Paris, 1971. - P. 75-81.
Kozłowski J.K., Kozłowski S.K. Pradzieje Europy od XL do IV tysiąclecia p.n.e. - Warszawa: Państwowe wydawnictwo
naukowe, 1975. - 504 s.
Leroi-Gourhan A., Bailloud G., Chavaillon J., Laming-Emperaire A. La Préhistoire. - Paris, 1968. - 580 р.
Mantu C.-M. Câteva consideratii privind cronologia absoluta a neo-eneoliticul din România // SCIVA. - 1995. - № 46. - P. 3-4.
Tovkailo M. Periodisierung und chronologia des spetneolithikums in des steppen am Sudlichen Bug // Eurasia Antiqua. - 1996. - №
2. - S. 9-28.  
Tringham R. Hunter, Fishers and Farmers of Eastern Europe: 6000-3000 B.C. - London: Huthinson University Library, 1971. -
240 p.
Tringham R. The Mesolithic of Southeastern Europe // The Mesolithic in Europe. - Warszawa: University Press, 1973. - P. 551-
572.
Yanevich A. The Neolithic of the Mountainous Crimea // Baltic-Pontic Studies. - 1998. - Vol. 5. - P. 146-159.
Zaliznyak L. The Late Mesolithic Subbase of the Ukrainian Neolithic // Baltic-Pontic Studies. - 1998. - Vol. 5. - P. 120-145.


Табл. 1. Абсолютные даты мезо-неолитических памятников Северо-Западного Причерноморья*
памятники и комплексы        даты        материал                индексы
Мирное                                7.200±80        ?                        ЛЕ-1647
Гиржево                               7.050±60        ?                        ЛЕ-1703
Гиржево                               7.390±100       кость                Кі-11240
Гиржево                               7.280±170       керамика         Кі-11241
Саврань                               6.985±60         кость               Кі-6654
Саврань (жилище 2)            6.920±50        кость               Кі-6653
Гард 3 (кв. 8)                        6.930±55        кость               Кі-6655
Гард 3 (траншея 1)              6.640±50        кость               Кі-6687
Пугач 2 (раскоп 2)                6.895±50        кость               Кі-6656
Пугач 2 (ХІХ-51)                    6.810±60        кость               Кі-6657
Пугач 2 (раскоп 1)                6.560±50        кость               Кі-6679
Пугач 2 (раскоп 1)                6.520±60        кость               Кі-6678
Пугач 2                                  5.920±60        ?                      Ки-3030
Майнова Балка (жилище)    6.430±140      кость               Кі-11243
Майнова Балка (жилище)    6.310±150      кость               Кі-11242

* В таблице приведены даные из следующих источников [Станко, Свеженцев, 1988; Котова, Ковалюх, 2002; Товкайло,
2004]. Четыре даты Киевской радиоуглеродной лаборатории (Гиржево и Майновой Балки), за которые авторы искренне
благодарны Н.Н. Ковалюху и В.А. Манько, публикуются впервые.

Табл. 2. Хронологический эталон голоцена Северной Евразии [Хотинский, 1987, рис. 1].
.pdf file

Список сокращений
АА         - Археологический альманах. - Донецк.
БКИЧП        - Бюллетень Комиссии по изучению четвертичного периода. - Москва.
ДСПК            - Древности Степного Причерноморья и Крыма. - Запорожье.
ЗОАО        - Записки Одесского археологического общества. - Одесса.
КДУ        - Кам’яна доба України. - Київ.
КСИА        - Краткие  сообщения  Института археологии  АН СССР. - Москва, Ленинград.
КСИИМК        - Краткие сообщения Института истории материальной культуры. - Ленинград.
КС ОГАМ        - Краткие  сообщения о полевых археологических исследованиях Одесского государственного
археологического музея. - Одесса.
МАСП        - Материалы по археологии Северного Причерноморья. - Одесса.   
МИА        - Материалы и исследования по археологии СССР. - Москва, Ленинград.
ССПК        - Старожитності Степового Причорномор’я та Криму. - Запоріжжя.
SCIV(A)        - Studii şi cercetări de istorie veche (si arheologie). - Bucureşti.
SP        - Stratum plus. - Санкт-Петербург, Кишинев, Одесса.
Eurasian Prehistoric Studies. Section: 85th Birth Anniversary of  Eugen Comşa
ed. by Lolita Nikolova and Alexandra Comsa, RPRP 8 (2008-2010) online (Contents)